Первые битвы пароходов

Пароходы появились сразу в нескольких странах вскоре после окончания Наполеоновских войн. Но их использованию в боевых действиях мешали проблемы технического характера. И только в 1853 году два военных парохода впервые сошлись в противоборстве турецкий «Перваз-Бахри» против русского «Владимира».

Поначалу пароходы имели по бортам внушительных размеров колеса, которые не давали возможности разместить большое количество артиллерии.

На носу и корме удавалось пристроить максимум 15 орудий. Такие корабли назывались пароходофрегатами. Для сравнения: на парусных линейных кораблях и фрегатах количество пушек исчислялось десятками, а порой переваливало за сотню.

Британское детище

В 1841 году были построены первые винтовые пароходы «Амфион» у британцев и «Помона» у французов. Русский винтовой фрегат «Архимед» с 52 орудиями был построен в 1848 году.

Григорий Иванович Бутаков
Командир пароходофрегата «Владимир» Григорий Иванович Бутаков

К началу Крымской войны лучшим на Черноморском флоте считался пароходофрегат «Владимир», построенный в 1848 году в Англии. Британцы оберегали свои военные технологии от потенциальных противников, так что российское морское министерство поначалу договаривалось с судостроителем Питчером о постройке гражданского парохода. Но благодаря авансам Питчер стал смотреть на вещи шире и, игнорируя правительственные ограничения, построил аж четыре пароходофрегата. «Владимир» суммировал все лучшее у предшественников, а его военное предназначение было столь очевидным, что британские власти попытались проект торпедировать. Однако после того, как в Лондоне побывал Николай I, отношения между странами немного потеплели, и корабль все же благополучно достроили под наблюдением специально прибывшего из России капитана 1-го ранга Владимира Корнилова.

На судне установили два новейших 10-дюймовых бомбических орудия. Прочая артиллерия включала три 68-фунтовых пушки, шесть 24-фунтовых карронад. Паровая машина в 400 л. с. позволяла развивать скорость до 12 узлов (22,2 км/ч). Кроме двух гребных колес, на «Владимире» имелись и паруса. Водоизмещение составляло 1200 т, длина 61 м, ширина – 10,9 м.

Когда в 1853годувотношениях между Россией и Турцией запахло войной, роль фактического командующего флотом досталась «тезке» и одному из создателей пароходофрегата Владимиру Корнилову, бывшему в то время уже вице-адмиралом.

Для флота война началась с успешной переброски дивизии на кавказское побережье, после чего русские корабли, разделившись на две эскадры (Корнилова и Нахимова), начали рыскать по Черному морю в поисках неприятеля.

Турки сидели в гаванях, и 4 ноября 1853 года Корнилов, сдав командование контр-адмиралу Новоcильскому, перебрался на «Владимир», решив «слетать» в Севастополь.

Когда корма не прикрыта

На следующий день в 6:45 наблюдатели увидели на горизонте дым неизвестного парохода. Корнилов приказал изменить курс в его сторону, на северо-запад, пока еще не понимая, имеет ли дело с неприятелем. Неизвестный корабль шел навстречу, но через два часа изменил курс. Корнилов приказал пересечь ему путь и поднять русский военно-морской флаг. Поняв, что избежать рандеву не удастся, корабль, оказавшийся турецким парохо-дофрегатом «Перваз-Бахри», поднял флаг Османской империи.

Бой Владимира с пароходом Перваз-Бахри
Алексей Боголюбов. Битва пароходофрегата «Владимир» с турецко-египетским военным пароходом «Перваз-Бахри», 5.10.1853 года.

В 10 часов с «Владимира» произвели первый выстрел: ядро взметнуло воду перед носом противника. Затем был произведен залп из орудий правого борта, далее разворот и новый залп артиллерией левого борта. Турки успели ответить лишь одним бортовым залпом.

Оба пароходофрегата были построены в Англии, оба имели по два колеса и обслуживались примерно одинаковыми по численности экипажами. Ничтожным выглядело и превосходство «Владимира» в артиллерии всего на одно орудие больше. Разница в скорости составляла два-три узла тоже, казалось бы, не смертельно. Но Корнилов и непосредственно руководивший боем капитан «Владимира» Григорий Бутаков правильно определили уязвимое место «Перваз-Бахри». Вся его артиллерия была сосредоточена на носу и вдоль бортов, так что пространство за кормой фактически оказывалось в «мертвой зоне». Пользуясь превосходством в скорости, «Владимир» старался держаться в кильватере неприятеля и при этом крутился, стреляя то носовыми, то бортовыми орудиями.

Уже с третьего выстрела с вражеского судна был сбит флагшток, хотя новое знамя тут же взметнулось на гафеле. Капитан, выходец из мамлюков и черкес по национальности Саидпаша, оказался достойным противником. Хорошим профессионалом был и начальник машинного отделения британец. Готовясь к бою, османы достали мешки с углем и сложили из них баррикады поперек судна и между орудиями. Периодически «Перваз-Бахри» пытался сбросить «Владимира» с хвоста, то резко сбавляя ход, то разворачиваясь для бортовых залпов. Иногда кое-что получалось, но потом Бутаков снова пристраивался в кильватер, и русские орудия обрушивали на врага очередную порцию бомб и ядер.

К 11 часам на «Перваз-Бахри» были уничтожены рангоут и все шлюпки, а его дымовая труба и корпус зияли пробоинами. Около полудня очередной залп русских снес капитанский мостик вместе со стоявшим на нем Саид-пашой. Результат боя уже не вызывал никаких сомнений. Видимо, считая, что дело сделано, экипаж «Владимира» несколько расслабился. Казавшееся уже неопасным вражеское судно огрызнулось картечью, сразившей горниста и находившегося в шлюпке лейтенанта Железнова.

В 12:45, сблизившись на кабельтов, «Владимир» осыпал врага бомбами из носовых орудий и, подойдя на пистолетный выстрел, добил бортовым залпом. Около часа дня флаг на вражеском судне был спущен.

На защите Севастополя

На «Перваз-Бахри» отправилась призовая команда во главе с мичманом По-пандопуло, заставшая картину полного разрушения. Помимо капитана и двух офицеров, у турок погибли более полусотни матросов. Пленными были взяты 93 человека. На «Владимире», кроме погибших мичмана и горниста, было всего двое раненых.

Из рапорта Корнилова:

«На взятом пароходе машина уцелела, кроме пробоин в паровиках и трубе, но корпус избит до разрушения, в кормовой части целые доски вырваны, рулевая голова сбита, компасы уничтожены, внутри переборки от взрывавшихся бомб совершенно разрушены вообще повреждения были многочисленны, так что для приведения его в состояние держаться на воде мы были заняты до 4 часов».

Пленный «Перваз-Бахри» на буксире все же дотащили до Севастополя, где через два дня он затонул во время шторма. Трофей подняли, отремонтировали и включили в состав флота, переименовав его в «Корнилов».

Первый в истории бой военных пароходов вызвал большой резонанс в мире. Глава морского ведомства великий князь Константин Николаевич заявил, что эта битва «останется памятною в летописи Русского флота», а Бутаков был произведен в капитаны 2-го ранга и награжден орденом Святого Георгия IV степени.

Из-за ремонта котлов «Владимир» не сумел поучаствовать в Синопском сражении, зато при обороне Севастополя пароходофрегат проявил себя во всей красе. Во время первой бомбардировки города флотом союзников 5 октября 1854 года Бутаков искусственно увеличил крен корабля до семи градусов, что позволило вести ответный огонь на расстоянии до 5 км.

Позже на «Владимире» были усовершенствованы лафеты орудий и отработана тактика корректировки артиллерийского огня с берега, что позволяло на ходу обстреливать прибрежные позиции неприятеля. Из воспоминаний участника обороны:

«Чудное зрелище представляло это прекрасное судно! Идет величественно вдоль бухт от павловского мыска, изредка пуская гранату из носового орудия, отбиваясь, как будто от назойливой мухи, от французской батареи… Поравнявшись с Киленбалкой, выстрелит из орудий целого борта и медленно поворачивается другим бортом… опять сделает залп и тихо отходит, заряжая свои орудия и отстреливаясь».

Оба участника первого боя пароходов «Владимир» и «Корнилов» – были затоплены своими экипажами при оставлении Севастополя. К тому времени в могиле покоился и сам адмирал Владимир Корнилов.

А командир «Владимира» Григорий Бутаков создал новую тактику боевых действий на море. Его сочинение «Новые основания пароходной тактики» стало крупным вкладом в теорию военно-морского искусства, а разработанные им «Правила маневра парового корабля» нашли признание и применение во всех флотах мира.

Максим Лукошков

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *